|
Что такое коммунизм?
| |
| Нижегородец | Дата: Суббота, 31.01.2026, 07:43 | Сообщение # 241 |
Группа: Пользователи
Сообщений: 245
Репутация: 0
Статус: Оффлайн
| Это давление осуществляется через увещание: простой человек, понимающий, как должно быть, указывает на отсутствие безвозмездной помощи со стороны сотрудника и на то, что сам сотрудник, не отдавая себе в этом отчёта, завязывает деловые отношения, при которых оказывается в зависимости от простого человека. Тем самым сотрудник сам начинает обмен условиями, вступает в договорные отношения, тягостные и невыгодные для него, не по требованию самого обстоятельства, а в силу того, что, исполняя порученное задание, он избирает именно такой способ действия.
Увещание здесь есть давление не навязыванием, а указанием, основанным на предположении: простой человек не утверждает окончательно, а показывает, к чему на деле ведут поступки сотрудника, если рассматривать их по подлинным правилам деловых отношений. Тем самым обнаруживается связь между совершаемым действием и теми последствиями, которые из него неизбежно вытекают, хотя сам сотрудник может их не осознавать.
В зависимости от обстоятельств сотрудника либо упреждают в его неосведомлённости, либо остерегают от тех последствий, которые эта неосведомлённость способна вызвать. Здесь упреждение и остережение не противопоставлены, а воспринимаются как начальное и крайнее проявления одного и того же давления.
Различные виды обращения выявляют одно и то же основание по-своему. Простой человек может обратиться за помощью и получить её на условиях, выставленных сотрудником, что позволяет обнаружить подмену. Здесь действует упреждение, выраженное в сомнении: это действительно безвозмездная помощь или уже полноценная сделка, деловые отношения.
Сотрудник может обратиться сам, привлекая простого человека к ответственности перед порядками, и тем самым начать сделку, хотя считает, что лишь исполняет предписание. Здесь упреждение проявляется в недоверии: сотрудник оказывается не тем, за кого себя выдаёт, действуя как зачинщик и прикрываясь порядком. Он используется своим начальством, держателем ведомства, и отношения с простым человеком служат интересам верхушки.
Простой человек может обратиться уже с требованием по долгу, возникшему из навязанных деловых отношений. Здесь остережение проявляется через подозрение: первый сотрудник, начавший обмен условиями, проявляет недоговороспособность всего ведомства — его невозможно найти, он прячется в недрах ведомства, а его место занимают другие лица. В этом проявляется возможность сговора, когда разные сотрудники и даже ведомства действуют как единая сторона, скрывая первоначального зачинщика и его руководителей. Все лица, с которыми простой человек общается, становятся должниками перед ним, так как заявляют или обозначают себя представителями среды, от лица которой первый сотрудник начал деловые отношения.
Наконец, может обратиться любой иной сотрудник из той же среды, стремясь освободить первого сотрудника от его обязательств. Здесь остережение проявляется как опасение: возникает угроза согласованных действий, при которых давление на простого человека усиливается, а ответственность размывается, что уже указывает на управляемую преступность — преступное сообщество, созданное в угоду того, кто его возглавляет.
Расторжение сделки — это прекращение уже заключённых деловых отношений по причине неудовлетворённости одной или обеих сторон и исключительно с их согласия. Одностороннее расторжение невозможно, поскольку сделка всегда строится на взаимном устройстве отношений, на договороспособности сторон. Прекращение отношений требует такого же соглашения обеих сторон и осуществляется совместно.
Расторжение сделки, то есть прекращение уже заключённых деловых отношений, полностью зависит от умышленных действий второй стороны и осуществляется в её пользу. Одностороннее расторжение со стороны первой стороны невозможно, так как всё устройство сделки устанавливается первой стороной, которая при этом находится в зависимости от второй.
Возможны два случая развития событий. Первый: вторая сторона сразу выставляет непомерный, невозможный ответный договор, заставляющий первую сторону отказаться от начала сделки. Это позволяет второй стороне защититься от ненужного навязывания и предотвращает возникновение деловых отношений, так как первая сторона понимает, что при таких условиях сделка окажется для неё непосильной.
Второй вариант: при завышенных требованиях второй стороны первая сторона всё же идёт на их исполнение, но лишь частично, снижая объём или стоимость по договорённости. Таким образом она защищает себя от полного ущерба и сохраняет возможность действовать так, чтобы избежать тяжёлых последствий для себя.
Простой человек по самому устройству вещей не может состоять в отношениях с ненародной средой. Среда не является человеком, не обладает волей и не способна ни начинать, ни прекращать сделку. Поэтому всякое представление отношений простого человека как отношений 'со средой' есть подмена и уход сотрудника от личной ответственности.
В действительности простой человек всегда имеет дело со степенствующими сотрудниками, которые сами не понимают, чем заняты. Именно эти сотрудники обращаются к ненародной среде за порядками, чтобы прикрыть собственные действия и выдать личное начинание за нечто будто бы общее и обязательное. Через это они пытаются насадить простого человека на отношения не с собой, а с вымышленным 'обществом', полагая, что между человеком и обществом уже существуют некие соглашения.
Пока существуют степенствующие сотрудники, обращающиеся за порядками в ненародную среду и прикрывающиеся ими, будут возникать и сделки. Однако эти сделки возникают не со средой, а с самими степенствующими, которые выступают зачинщиками, даже если отказываются это признать. Считая, будто действуют не от себя, а "по порядку", такие сотрудники не замечают, что всякое требование, всякое навязывание условия образует личные деловые отношения с простым человеком.
Из этого следует, что прекращение подобных сделок не может быть достигнуто соглашением с ненародной средой, потому что соглашаться там не с кем. Сделка не исчезает от слов о "службе", "обществе" или "порядке". Она держится на положении зависимости, в которое сотрудник сам себя вводит, начиная обмен условиями и прикрывая это исполнением порученного.
Поэтому такие сделки прекращаются не словесным отказом и не совместным соглашением с неодушевлённым образованием, а лишь с устранением степенства у всех начальствующих, предписывающих и направляющих, — тогда, когда сотрудник перестаёт опираться на внешние порядки как на оправдание и вынужден увидеть себя тем, кем он является на самом деле: человеком, начавшим личные отношения и несущим по ним свой пожизненный долг.
Пока же степенство сохраняется, всякая сделка будет вновь и вновь возникать не "по обществу", а по неведению и самодовольству тех, кто подменяет личное дело разговорами о порядке.
|
| |
| |
| Нижегородец | Дата: Пятница, 27.02.2026, 08:20 | Сообщение # 242 |
Группа: Пользователи
Сообщений: 245
Репутация: 0
Статус: Оффлайн
| Отношение — это направленное внимание. Из этого определения вытекают четыре проявления. Во-первых, единичное отношение — направленное внимание одного человека к другому или к чему-либо иному. Во-вторых, совокупность таких отношений — множество направленных вниманий, исходящих от одного человека. В-третьих, отношение как взаимная связь, когда направленное внимание одного встречает направленное внимание другого. И, наконец, множество взаимных связей человека с разными людьми.
Отношения человека с человеком всегда личные, поскольку внимание одного направлено на другого — участника связи, и внимание второго направлено на первого. В этом ключе следует рассматривать и отношения простого человека со степенствующим сотрудником ведомства.
Сотрудник может полагать, что ничего личного простому человеку не несёт: отношения есть, но они будто бы не личные, а опосредованные. Он мнит себя лицом общества, власти, закона, государства, порядка или ведомства, поэтому считает, что действует не от себя, а как выразитель некоего общего соглашения. Поддержание порядка выставляется как призыв к совести самого простого человека и потому якобы заслуживает уважения. Так проявляется степенство — придание своему положению степени величия.
Нарушение общепринятых порядков может происходить по недоразумению, по незнанию или умышленно и во всех случаях объявляется наказуемым. Принято считать, что страж порядка необходим. Сотрудник — страж и блюститель порядка, будто бы назначенный обществом, что и порождает в нём ощущение особой значимости.
Однако отношения существуют, и сотрудник непосредственно в них участвует. Выступая как лицо общества, а не от себя лично, он полагает, что тем самым снимает с себя личное участие, то есть личную ответственность.
Но направленное внимание сотрудника исходит от него самого, а не от общества как такового. Общество не обладает ни единым сознанием, ни направленным вниманием и не вступает в связь ни с простым человеком, ни с сотрудником. Связь всегда возникает между определёнными людьми.
Поэтому связь, объявленная степенствующим сотрудником безличной и представительской, в действительности остаётся личной, но прикрытой порядками и предписаниями. Это и называется межличностными отношениями: отношениями, в которых меж личностей простого человека и сотрудника поставлено нечто третье, будто бы стоящее выше их обоих и оправдывающее воздействие одного на другого.
Сотрудник уверен, что является уполномоченным представителем закона или государства — образований неодушевлённых. Однако закон как совокупность правил и государство как установленный порядок не обладают собственной волей и сознанием, а потому не могут буквально уполномочивать и быть доверителем. Уполномочить может только нуждающийся человек, и уполномочивает он лишь на безвозмездную помощь. Иначе говоря: не имеешь доверителя — никем не уполномочен.
Порядки создаются и поддерживаются отдельными людьми, а не обществом как отвлечённым понятием. Отношения же между людьми по своей природе всегда личные.
Личные отношения делятся на две ветви: безвозмездную помощь и деловую связь. В пределах этих ветвей различаются четыре вида отношений, определяемых по направлению обращения: безвозмездная помощь простому человеку; безвозмездная помощь сотруднику; деловые отношения в их одностороннем понимании; и подлинные деловые отношения как обмен условиями.
В ветви безвозмездной помощи первое отношение — чистая помощь простому человеку со стороны сотрудника. Основанием служит добропорядочность: сотрудник действует как человек, откликнувшийся на нужду. Здесь нету обмена, расчёта и встречного требования.
Второе отношение — перевёрнутая безвозмездность: помощь сотруднику со стороны простого человека. Личная связь сохраняется, но появляется привнесённое "меж" — ссылка на принятое и надлежащее в среде. Сотрудник выполняет задачу, поставленную руководителем, но делает это за счёт простого человека, прикрываясь установленным порядком. Простой человек не является ни обязанным, ни ответственным по собственной воле, однако объявляется таковым на основании порядков среды. Тем самым он вовлекается в среду и используется в интересах того, кто в ней главенствует.
Если сотрудник не имеет доверителя, то он не совершает безвозмездного содействия и не является уполномоченным, а значит его действие опирается не на обращение простого человека, а на среду — закон, приказ, деньги. А это уже деловые отношения. Их признак прост: сотрудник выставляет условие.
В ветви деловых отношений первый вид — одностороннее понимание обмена. Сотрудник вместо помощи предлагает действие на заранее заданных им условиях. Возникает видимость двустороннего обмена («делаю я — а ты платишь»), однако это лишь исполнение условия, определённого одной стороной. Полноценного обмена условиями здесь нету.
Такие отношения бесчестны, поскольку представляют собой принуждение к сделке условиях — навязывание обмена без принятия встречного договора.
Четвёртый вид — подлинные деловые отношения, где обмен условиями явный и взаимный. Ты делаешь для меня то, что нужно мне; я делаю для тебя то, что нужно тебе. Стороны прямо признают, что действуют ради собственной потребности. Здесь нету притворства в добропорядочности.
Таким образом, естественны и прозрачны два вида отношений: чистая помощь и открытый взаимный обмен. Два других основаны на подмене: перевёрнутая безвозмездность и односторонний "обмен".
Степенствующий сотрудник задаёт деловые отношения, часто сам того не осознавая. Переход происходит в момент выставления условия.
Всё, что исходит от сотрудника, не имеющего доверителя, — это не личный отклик на нужду, а навязывание условия по сделке. Выгода от такой сделки принадлежит не простому человеку, а тому, кто главенствует над средой — держателю ведомства или главе порядка. Сотрудник оказывается проводником их интереса.
Держатели ведомств известны, но отдалены. Простой человек вступает в связь не с ними, а с сотрудником, который проводит установленный порядок. Удерживая сотрудников в подчинении, держатели используют их взаимодействие с людьми как средство. Тем самым личная связь заслоняется посредничеством и превращается в опосредованную.
Поэтому выяснение отношений всегда должно начинаться с основания: на каком основании сотрудник действует? Это и есть ключ к определению вида связи.
Исходная точка всего одна: либо безвозмездная помощь, либо обмен условиями.
Если безвозмездной помощи нету, значит действуют деловые отношения — даже если участники этого не признают.
Распознать их можно по явным признакам. Если сотрудник не имеет доверителя — это деловые отношения. Если вводятся деньги — это деловые отношения. Если звучат ссылки на законы, статьи, предписания или приказы — это деловые отношения в той части, где первая сторона настаивает на правиле. Достаточно одного такого основания, чтобы увидеть сделку.
Сотрудник разворачивает перед простым человеком тяжесть этого устройства — деньги, законы, приказы — и через их значимость утверждает: «ты должен». При этом создаётся видимость нравственного служения. Посредничество выдаётся за добропорядочность, а неимение доверителя — за служение обществу. В этом и состоит степенство.
Отсюда следует важнейшее. Сначала определяется вид отношений, и лишь затем применяется законодательство. Закон не является первоосновой; он вводится как условие внутри уже возникших деловых отношений. Если простой человек в ответ лишь ссылается на закон, он остаётся в пределах условий, заданных первой стороной.
Между тем деловые отношения по своей природе предполагают обмен условиями. А всякий обмен создаёт зависимость для зачинщика. Тот, кто первым выставил условие, тем самым обозначил себя стороной сделки, то есть лицом, способным принимать встречные условия.
Следовательно, вторая сторона может выставить свои требования. Отказ учитывать их разрушает саму основу сделки. Нельзя объявить себя договороспособным, навязать условие, а затем уклониться от встречного условия, не признав тем самым собственной недоговороспособности.
|
| |
| |
|
